Понедельник, 22.10.2018, 19:20

Приветствую Вас Гость | RSS
ФЭНТЕЗИ
ГлавнаяРегистрацияВход
Меню сайта

МОИ КНИГИ

Русалки

Дракон

Призрак

Статистика
Rambler's Top100 Счетчик PR-CY.Rank

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0


-14-

     - Правильно, - сказал Анрах. - Никакой это не конь. Он называется шарук и водится на Сильване, в Великих Сте-пях. Говорят, тамошним кочевникам иногда удается их приручать, и это, несомненно, правда, судя по происшедшему. Шарук и в самом деле внешним видом не отличается от коня, но зубы у него скорее волчьи. Это плотоядное животное, и, кстати, грешит людоедством. Представления не имею, как графу удалось его раздобыть и незамеченным перепра-вить на Талар - на Сильване он никогда не бывал, должно быть, не вошедшие в Историю доверенные лица постара-лись. Никто ничего не заподозрил - кто станет заглядывать в зубы самому обычному коню? Это на картине он горячит-ся, закусил удила, открыл пасть... Граф очень быстро от него избавился - есть упоминание о пожаре в конюшне. А добросовестный художник, родной племянник графа, погиб при странных обстоятельствах. Картина попала к антиква-рам всего месяц назад, когда разорившиеся потомки графа распродавали имущество... Понятно, почему граф ее не уничтожил - любил, должно быть, иногда разглядывать, гордясь своим хитроумием...
    - Где же здесь разочарование?
     - Все действующие лица давно мертвы, - сказал Анрах. - Уличать преступника бессмысленно, а его потомки ни в чем не виноваты...
     - Да, верно. Прошлое хранит немало загадок... - сказал Сварог, перебрасывая мостик к тому, что его занимало.
    И Анрах облегчил ему задачу:
    - Вас интересует что-то конкретное?
    Сварог посмотрел ему в глаза и сказал насколько мог равнодушно:
    - Древние подземные ходы, ведущие на тот берег.
     - Не самая любопытная загадка древности, - сказал мэтр после короткого раздумья, - но в сочетании с известием об установленной недавно блокаде части города она становится весьма любопытной... Вам очень нужно на тот берег?
    - А вы горите желанием помочь закону? - спросил Сварог.
     - Я не горю желанием ни помогать закону, ни нарушать его. Мне было бы легче беседовать с вами, маркиз, знай я, кто вы такой на самом деле...
    - А если для меня это, наоборот, создаст трудности?
     - Я ведь не начинал этого разговора, - тихо сказал Анрах. - Вы сами начали... - и он оглянулся в угол.
     - Не тревожьте собачку, - сказал Сварог. - Я непременно успею выстрелить первым. Люблю собак, не хотелось бы... Так вот, я не крал никаких алмазов. И я не черный маг, я вообще не маг.
     - Насчет алмаза - сущая ерунда, это ясно любому мало-мальски сообразительному человеку, - кивнул Анрах. – Алмаз очень легко спрятать - но на заставах никого не обыскивают, а если и обращают внимание на вещи, то только те, что способны послужить укрытием человеку - ящики, бочки... Между прочим, черные маги ничуть не боятся зеркал, если предстают в своем истинном облике. Отсюда легко сделать вывод, что кордоны и прочие полицейские забавы пресле-дуют одну-единственную цель: задержать кого-то, кто изменил облик... Даже не схватить - задержать в Равене...
     Он подошел к каминной полке и снял с нее замысловатый предмет, с равным успехом способный оказаться и ста-ринным пистолетом (джетарамские оружейники любили делать такие замысловатые устройства), и деталью самогон-ного аппарата. У него имелась выступающая трубка с отверстием, и смотрело оно прямо на Сварога.

    - Пистолет? - спросил он.
    - Пистолет, - кивнул Анрах.
     Сварог ухмыльнулся и вынул свой. Огляделся, выискивая что-нибудь подешевле, чего не жалко попортить. Выстрелил в полено у камина, и оно дернулось под бесшумным ударом серебряной пули, чуть подпрыгнуло на медном листе, защищавшем пол от случайных угольков.
    - У меня - лучше, - сказал Сварог.
     - Впечатляет, - признался Анрах. - Между прочим, в руках у меня старинный секстан, совершенно безобидный. Уж простите... Хотелось увидеть даже не ваше оружие - вашу реакцию на нацеленный ствол... Понимаете ли, маркиз, вы мне сразу показались чуточку странным. Мало найдется провинциальных дворян, знающих слова "микрокосм" и "абис-сальный". Я стал к вам присматриваться. Вы всегда старались двигаться по комнате так, чтобы не отразиться нена-роком в зеркале - значит, истинный облик у вас другой, не тот, что я вижу. Но вы без всякой опаски берете в руки се-ребро, - он кивнул на чарочки, - и пес вовсе не настроен к вам враждебно - он просто чувствует, что с вами что-то не так, но это но имеет никакого отношения к черной магии. И, наконец, только что завершившаяся мизансцена. Я служил в молодости в кавалерии, повоевал, знаете ли. Под прицелом моего "оружия" вы держались удивительно безмятежно. Словно заранее знали, что пули, сиречь метательное оружие, не причинят вам вреда. Так может вести себя только лар. Правда, насколько я могу судить по нашим беседам - а я порой ставил ловушки, простите, - вы не знаете иных вещей, очевидных для всякого лара. И все же готов прозакладывать голову - вы родились не на Харуме...
    - Вы ведь рисковали, - проворчал Сварог. - Я мог и выстрелить.
     - Нет. Я вам зачем-то нужен. Представления не имею, почему вы оказались в таком положении, да и не хочу этого знать... Но вы ищете помощи. Увы, это еще не означает, что вы ее здесь найдете. Я не сведущ в том, что вам нужно. И не хочу ввязываться в историю, за которой, несомненно, кроются интриги скучающих небожителей. Для вас это – не-понятные мне игры, а для меня все может кончиться печально. В моем возрасте, знаете ли, начинаешь ценить жизнь и привыкаешь бережно расходовать оставшееся время, стараясь растянуть подольше...
    - Понятно, - сказал Сварог. - Вас тоже допрашивали по делу Тагарона?
    - Да. Я на заметке, понимаете ли...
     - Так, - сказал Сварог. - А если я вам скажу, что перед вами - Серый Рыцарь?
     Вот теперь он изумил старика по-настоящему. Как серпом по известному предмету.
    - Такими вещами не шутят, молодой человек, - тихо сказал Анрах.
     - Я не шучу, - сказал Сварог. - И это не игра. Вот только совершенно не представляю, как мне это доказать. Нет на мне ни узоров, ни заверенных нотариусом особых примет... Быть может, есть какой-то способ проверить?
     - Только один, - грустно усмехнулся Анрах. - Когда Серый Рыцарь совершит что-то из предсказанного ему...
    Сварог развел руками:
     - Пока что похвастаться нечем... До трех королевств мне еще только предстоит добраться.
     - Вам еще и до принцессы предстоит добраться. Если вы и в самом деле Серый Рыцарь, вас определенно ста-раются не пустить во дворец...
    Сварог ухмыльнулся:
     - Во дворце уже нет принцессы. Она в другом месте, мэтр. Помните, у Таверо? О призраке все станут думать, что это и есть настоящая принцесса...
     - Действительно... Великие небеса, как же мне, старому дураку, раньше в голову не пришло?! - Он, похоже, преисполнился решимости и азарта. - Если вы и в самом деле Серый Рыцарь... Скажите: это вы пустили в оборот го-ловоломку с пятнадцатью цифрами?
     - Я, - не без удовольствия сказал Сварог. - Хотелось насолить кое-кому, чтобы мне не мешали...
    - Кто вам мешал?
     - Многие, - сказал Сварог. - Люди Стахора, граф Раган, из Снольдера, герцог Орк...
     - Со Стахором ясно, - громко, задумчиво сказал себе под нос мэтр Анрах, направляясь к книжным полкам и до-ставая огромный фолиант. - Раган, Раган... Ничего похожего... Вы знаете герб Орка?
     - Еще бы. На золотом фоне - черный волк и белая восьмиконечная звезда.
     - Все сходится, - с некоторой торжественностью произнес мэтр Анрах. - Простите, но я не мог предполагать, что это произойдет со мной, да еще так просто и буднично... Что Серый Рыцарь однажды вечером постучит ко мне в дверь...
     Сварог поднял брови. Похоже было, что существовал некий тест, позволяющий безошибочно опознать Серого Рыцаря - и Сварог это испытание выдержал. Но в чем секрет?
     - Я к вашим услугам, - еще торжественнее возгласил Анрах. - Сейчас же засяду за книги, и если только удастся что-то найти... Буду сидеть всю ночь.
     Сварог блаженно расслабился, видя, что все сложности позади. Напрашивалось единственное объяснение - есть другой тест Кодекса Таверо, более полный, и Анраху он знаком.
     Полагалось бы откланяться и убираться восвояси, старику и так придется провести бессонную ночь - но Сварог остался сидеть, вертя в руке серебряную пузатую чарочку, покрытую эмалевыми узорами. Очень уж уютно пылал огонь в камине, здесь было покойно и тихо, а в доме Гая маленький отряд Сварога, не жалуясь и словом, ждал приказов во-левых решений, по капельке теряя надежду...
     - Послушайте, - сказал он вдруг. - Подводная лодка Тагарона - это легенда или реальный проект?
     - В теории все звучало весьма убедительно, - ничуть не удивившись, ответил Анрах. - Вспомнили о подводной лодке, размышляя, как выбраться отсюда?
     - Да, подумал, как прекрасно было бы незаметно и тихо ускользнуть, скрывшись под волнами...
    - Увы, Тагарон так и не успел ничего построить.
    - А почему его... преследовали?
     - Запрещенный движитель. То есть - винт. Удивлены? Многие, втихомолку проделав расчеты, убедились, что винт все же прекрасно подходит в качестве движителя. Понятно, если расположить его сзади. - Анрах почесал в затылке.
     - Ладно, теперь уже все равно, вы меня втянули в игру гораздо опаснее... Он подошел к шкафу, открыл скрипу-чую дверцу и бережно достал двумя руками великолепно сработанную модель длиной с локоть. Сварог заинтересо-ванно присмотрелся. Лодка больше всего напоминала пузатое веретено с бочкообразной рубкой, рулями - один го-ризонтальный и два вертикальных - и крохотным винтом. Осторожно, кончиком пальца Сварог крутанул изящно выто-ченный бронзовый винт, шестилопастный, размером с ромашку. Винт легко и послушно повернулся на оси.
     - Все правильно, ни малейшего изъяна в конструкции, - сказал он. - Но интересно бы знать, какой двигатель ваш Тагарон собирался поставить. Паровой не годится. А другие... Снольдер хранит их секрет как зеницу ока.
     - Есть еще и третий путь, - усмехнулся Анрах. - Самый опасный, правда. Двигатель есть, только он забыт. Вернее, некие могущественные силы постарались, чтобы он канул в забвение. Но обрывки прежних знаний порой всплывают в самых неожиданных местах, и многое зависит от простого везения... Тагарон не сказал мне главного, не хотел впуты-вать, но у меня осталось впечатление, что описание двигателя он нашел. Вероятнее всего, в старинной книге. Хотя есть еще в иных храмах настенные надписи, понятные только тем, кто владел тайными жреческими языками. В седой древности - когда, никто не знает точно, - существовали некие довольно простые устройства, преобразующие энергию апейрона в механическое движение. Судя по некоторым намекам авторов старинных хроник, ими пользовались в пер-вое тысячелетие после Шторма, до... - он замолчал, явно не в силах себя заставить произнести запретное слово.
    - Я понимаю, - кивнул Сварог.
     - Болтают, достаточно лишь проволочек из определенных металлов, не обязательно драгоценных, нескольких самоцветов, особых стеклянных приспособлений, которые под силу любому стеклодуву... Хотя, конечно, все не так просто, я уверен. Но Тагарон мог отыскать описание. Если так, ему пришлось бежать, и незамедлительно.
    - Как же у вас не обнаружили модель?
     - А меня про нее не спрашивали с пристрастием, - ухмыльнулся старик. - Никто, должно быть, о ней и не знал - так, смутные подозрения, доносы... У нас обожают писать доносы наместнику - как во все времена, впрочем, тут наше столетие ничем особенным не выделяется. Конечно, если бы спросили прямо, я бы не смог утаить, сами понимаете... Но, признаться, к делу Тагарона был причастен лишь самым краешком. Один из многих знакомых, беглый допрос проформы ради. Я вообще-то был на заметке, но опять-таки в качестве малозначительного свидетеля...
    - Бурное у вас прошлое, я смотрю, - усмехнулся Сварог.
    - Ну что вы... Это из-за истории с дурачком с Волчьей. Не слышали?
    - Нет.
     - А история занятная. Жил-был дурачок, сын мастера из Серебряной гильдии. Совершенно безобидный, в лечеб-ницу не отдавали, благо семья зажиточная, могли прокормить. Сидел себе целыми днями на заднем дворе и лепил из глины все, что на дурацкий умишко взбредет. Особенно любил делать домики. Дурак дураком, но лепил весьма-таки искусно, во всем остальном был совершеннейший кретин и неумеха, кроме этого. Родня не препятствовала - двор большой, место есть, чем бы ни тешился, лишь бы на улицу не выходил... Много у него было налеплено всякого, и в том числе - огромная модель Равены. Года два трудился, получилось недурственно для дурачка. Конечно, модель бы-ла весьма приблизительная, и все же... Просиживал он над ней часами: куколок по улицам переставляет, спички бро-сает, иногда, простите, на крыши мочится - и так далее, всех деталей я и не знаю, никто ж не присматривался... А потом занесло во двор одного головастого студента из Ремиденума. У всех, кто был причастен к той истории, до сих пор ос-талось стойкое убеждение, что кое-какими официально запрещенными способностями студент тот обладал. Подроб-ности темны и туманны - но в конце концов студент обнаружил, что многие забавы дурачка потом отражаются на жизни реального города. Грубо говоря, дождь идет там, где он пописает, дому, который разломает, либо сгореть суждено, ли-бо появится в нем какая-то беда... Словом, прослеживается четкая взаимосвязь, и это не совпадение, не натяжка. Сту-дент, очень похоже, языка за зубами не удержал. Полицейскую логику для данного случая понять предельно легко.
     - А ежели этот дурак завтра по королевскому дворцу - по модели, то есть - поленом стукнет?
     - Совершенно верно, - поклонился мэтр Анрах. - Уловили мгновенно. Прискакали люди из Багряной Палаты, исчез дурачок, исчезли вообще все обитавшие в доме, да и парочка соседей вдобавок - из тех, что язык за зубами не удержа-ли. И студент исчез, даром что сын маркиза. Белено было считать отныне, что не было никогда такого дурачка, и глины не было, и отца с матерью, и вышеупомянутых соседей. Всем все привиделось. Краем уха я слышал потом, что модель месяц держали в подвалах Багряной Палаты, водили туда особо доверенных профессоров... - он злорадно ухмыльнул-ся. - Но поскольку дело было чересчур уж серьезное, приобрело размах - оказалось позже, что и Багряной Палате все эти чудеса привиделись, и затерялся наш дурачок где-то за облаками... Но не уверен, что и там отыскали разгадку. Помню превосходно этого парня: кретин законченный, слова не мог членораздельно выговорить, мычал и гугукал, не более того... Если вам так уж интересно, поинтересуйтесь у знакомых, чем эта история кончилась...
     Сварог пропустил мимо ушей очевидную иронию. Не из одного благодушия - с ним творилось что-то странное и неладное. Он тряхнул головой, проморгался как следует. Но это подступило вновь - на миг исчезли уютная комната с пылающим камином, собака, мэтр, ряды книг на массивных полках. И вместо всего этого врывалась, прямо-таки впеча-тывалась то ли в зрачки, то ли в сознание... скупо освещенная улица, темный дом. Под черепом пугающе, необъяснимо пульсировал настойчивый зов. Все чаще надвигались, все дольше задерживались перед глазами эта улочка и этот дом. И Сварог отчего-то не испытывал страха, хотя в его нынешнем положении следовало бы пугаться всего непонятного.
    - Что с вами? - встревоженно спросил Анрах.
     Сварог зажмурился. Теперь улица и дом с высоким крыльцом, с горбатой крышей неотвязно стояли перед глаза-ми вместо ожидаемой темноты. Открыл глаза - комната, никаких видений. Но зов не утихал, Сварог знал теперь, что кто-то угодил в беду, и это не морок, не иллюзия, не ловушка. Знал, и все тут. Стоило ему вновь зажмуриться, перед глазами вспыхнули, накладываясь на потускневшее слегка изображение незнакомой улочки, две руны - "ра" и "агор". И знак из Древесного алфавита - Тар, символ самшита.
     - Все в порядке, - быстро сказал Сварог, открыл глаза, попытался улыбнуться самым естественным образом, и это, видимо, у него неплохо получилось - Анрах спокойно взял у него модель и пошел прятать обратно в шкаф. Пес бдительно приоткрыл глаза, шевельнул ушами и вновь погрузился в чуткую собачью полудрему, не видя поводов для вмешательства.
     Чем бы ни было это видение, оно пришло извне. Кто-то звал его, попав в беду, кто-то из своих - это сочетание рун и знака было паролем Гаудина. Знак соответствовал нынешнему дню недели - через полчаса, когда настанет полночь, вместо Тара к рунам добавится Шел... Сварога твердо заверили, что никто посторонний не в силах этот пароль разга-дать, а на чем зиждется эта уверенность, он расспрашивать не стал, чтобы не забивать голову совершенно бесполез-ной информацией. И он знал, что времени у него мало. Неужели Брагерт прибыл в Равену? И попал в беду?
    Он встал, отодвинув стул:
     - Мне пора. Очень на вас надеюсь, хотя понимаю, что никаких гарантий быть не может...
     Он быстро сбежал по каменным ступенькам, посмотрел вправо-влево, словно ожидая подсказки. И она тут же последовала - в виде непонятного ощущения, неизвестно откуда взявшейся стойкой уверенности, что идти следует непременно налево, мимо заброшенной пивоварни, сгоревшей от молнии пару лет назад, мимо полуразвалившегося забора, неизвестно зачем ограждавшего заросший лопухами и лебедой пустырь, мимо низенького домика, где из-за плотно зашторенных окон все же пробивались мерцающие разноцветные вспышки и на десять уардов вокруг тянуло замысловатой смесью химической вони - там в поте лица трудился алхимик. На ходу Сварог оглянулся и обычным зрением, не используя "кошачий глаз", посмотрел на дом Гая. На третьем этаже слабо светилась парочка окон - Мара дежурила.
     Оставалось надеяться, что дом, куда его ведут, расположен внутри "волчьих флажков". В одиночку, ночью, он, правда, миновал бы любые кордоны, но сие - лишние хлопоты...
     Спустился с холма. Дальше потянулись прилично освещенные улицы. Какой-то частичкой сознания Сварога проч-но завладел чужой зов - не лишая свободы воли, что с ним было бы невозможно, его тем не менее словно бы вели за руку, прямо-таки автоматически разворачивая на перекрестках. Ночная жизнь продолжалась, ничуть не нарушенная грандиозной облавой, - люди во все времена обладали великолепной способностью как бы не замечать непонятных им загадочных забав власти, если только это не касается тебя самого и в твою персональную морду не тычут казенной алебардой... Заслоняя звезды и огни на городских холмах, чернели воздушные шары. Дворяне в этих кварталах почти не обитали, так что серенад под балконами не наблюдалось. Но пьяных гуляк попадалось немало, проезжали редкие извозчики, неподалеку под фонарем лениво рубились двое дуэлянтов, прошла ватага вездесущих студентов Ремиде-нума, прикидывая, похоже, что бы им учинить для нарушения ночного покоя мирных обывателей. В глубине темной под-воротни торчала кучка определенно уголовного элемента - они, притихнув, заинтересованно уставились на Сварога, но ближе не подошли - с трезвым и вооруженным решили не связываться. Пару раз попадались конные полицейские – обычные разъезды, не усиленные, тройки черно-красных.
     Свернул налево, к горбатому каменному мостику над узенькой речушкой. Чуточку насторожился, заметив справа темную фигуру, но тут же убрал руку с меча - человек стоял спиной к нему, пригнувшись, напрягшись, вцепившись обеи-ми руками в высокий парапет, не обращая внимания на довольно громко прозвучавшие шаги Сварога. То ли поэт в на-плыве вдохновения, то ли собрался топиться. Если верно второе, незадачливый самоубийца нездешний - даже Сварог знал уже, что в самом глубоком месте древней поусохшей речушки не глубже, чем по пояс, и тонут там исключительно пьяные вусмерть. Пусть пробует, сколько душе угодно, не стоит и отговаривать...
     Он уже миновал непонятного субъекта, когда тот резко присел за парапетом и, вытянув шею, стал вглядываться куда-то.
    - Не клюет? - спросил Сварог лениво.
    - Что?
     - Рыбка, говорю, не клюет? Ничего удивительного, ее тут и не водится...
    Не вставая с корточек, незнакомец сказал настороженно:
    - Полиция.
     - Где? - оглянулся Сварог, но ничего такого не усмотрел ни вблизи, ни поодаль.
     - Это я - полиция, - сказал тот. - Агент третьего разряда, необмундированная служба. Вот думаю, свистеть или не стоит... Вы их видите, лаур?
    - Кого? - Сварог тоже уставился в том направлении.
     - А вон там, где напротив фонаря - тумба. То ли свистеть, то ли драпать со всех ног...
     Сварог всмотрелся. На том берегу, куда он как раз собирался перейти, уардах в ста от моста, справа, и в самом деле красовалась напротив фонаря круглая кирпичная тумба, предназначенная для афиш и полицейских объявлений. Не было нужды подключать "кошачий глаз", света и так хватало, чтобы рассмотреть высоченного короткошерстного пса с широкой тупой мордой, медленно ступавшего посреди пустой улицы. Морда опущена к самой земле, мотается впра-во-влево - пес что-то вынюхивает, несуетливо, целеустремленно, с медлительностью нерассуждающей машины. Ни капли охотничьего азарта. А следом, шагах в трех, движутся три фигуры в плащах и каталанах, и этот кусочек ночной жизни выглядит весьма странно из-за полной своей непонятности...
     - Так есть они там, лаур? - шепнул агент третьего разряда. - Или мерещится?
     - Не мерещится, - сказал Сварог. - Странная собака, не знаю я такой породы...
    Шпик не то засмеялся, не то всхлипнул:
     - Еще бы! Немой Пес и Проклятые Егеря, как на картинке... Я на своем участке видел всякое, а вот нечистой силы не доводилось...
     Нечистая сила? Позвольте не согласиться, господин тихарь. Сварог уже произнес про себя заклинание, но перед его взором осталась та же картина, все так же ступает по брусчатке непонятный пес, а следом, словно ведя его на не-видимом поводке, спокойно шагают хозяева, ничуть не похожие на "ночных парикмахеров". В самом деле, сущие егеря, топящие жертву. Сварог не стал гадать, кем эта жертва может оказаться. Просто ему все это пришлось не по нутру. В последнее время ему категорически не нравилось все непонятное - по причине тесной связи с его персоной.
     - Никакой там нечистой силы нет, - сказал Сварог. - Свисти давай. - Он пошарил по карманам, отыскал невостре-бованную бароном Гинкером полицейскую бляху и помахал ею под носом тихаря. - Свисти, говорю!
     И пошел дальше. Свернул в проулок. Только сейчас раздалась пронзительная трель, она тянулась, как длинню-щий товарный состав, - должно быть, у шпика оказались хорошие, непрокуренные легкие, и воздуха он набрал полную грудь. Сварог приготовился было услышать отдаленные ответные свистки и стук копыт, суетливую музыку ночной обла-вы - но свист оборвался столь же резко, как и возник, раздался столь жуткий вопль, что у Сварога стянуло кожу на за-тылке. И - полная тишина, изредка нарушавшаяся странными звуками, в которые не хотелось вслушиваться, не говоря уж о том, чтобы попытаться их опознать. Любое живое существо, заслышав такое, обязано взять ноги в руки, врубить инстинкт самосохранения и утешать себя мыслью, что в иных обстоятельствах графу позволительно улепетывать не хуже простолюдина. Если нет свидетелей, а оставшийся за спиной противник непонятен насквозь, к тому же впереди ждут более важные дела...
     Опомнился и сбавил скорость он квартала через три. У моста, если прислушаться, вроде бы стучали копыта, но Сварог не сомневался, что шпика больше нет. Такой крик обычно бывает последним в жизни...
     То самое место, несомненно. Фонарь со старинной перекладиной, заканчивающейся двумя медными шарами - для удобства фонарщика, чтобы упирать лестницу. Дом с высоким крыльцом. Ни в одном окне нет света. Сварог дви-гался без лишней суеты, он не верил, что это засада, но "кошачий глаз" все же задействовал, толкнул ногой легко рас-пахнувшуюся дверь и с пистолетом в руке ворвался в обширную прихожую, где печально смотрели со стен оленьи го-ловы и ни одна живая душа его не подстерегала, а не-чистью и не пахло.
     Проскочив в комнату, он еще, как положено, быстренько взял на прицел угол-другой, но и там никого не оказа-лось, так что он устыдился этих шерифских штучек, коим добавляли комизма задевавшие за каждый косяк ножны меча, опустил пистолет и приоткрыл дверь в другую комнату, рукой уже, не пинком.
     На широкой кровати в углу лежал человек, и по тому, как он в совершеннейшем мраке моментально нашел Сва-рога взглядом, Сварог определил, что неизвестный видит в темноте не хуже его самого. Последовало короткое молча-ние - Сварог не знал, что теперь делать, а лежавший не торопился облегчить ему задачу. В конце концов Сварог спро-сил:
    - Это вы меня... звали?
     Лежащий улыбнулся довольно странно - одни губы раздвинулись, а лицо в этом словно бы и не участвовало. Ему было лет тридцать на вид - значит, могло оказаться и все триста, если это все же лар, - а его дворянская одежда, как отметил уже немного пообвыкшийся на земле Сварог, носила следы недавнего пребывания в Горроте: отвороты высо-ких дорожных ботфортов украшены бляшками из шлифованной яшмы, и воротник кафтана по горротской моде вырезан по краям полукружьями. Незнакомец лежал неподвижно, как статуя, даже головы не повернул, скашивая глаза на Сва-рога.
     - Я вас звал, - сказал он, и при этом его нижняя челюсть почти не шевелилась. - Возьмите стул и сядьте поближе, а то утомительно все время коситься... Вот так. Я совершенно не представляю, сколько мне осталось, поэтому слушай-те не перебивая. Лорд Раутар. Восьмой департамент. О вас я знаю от Брагерта. У меня нет связи с Гаудином, у вас ее тоже нет, но вы проживете дольше... Когда доберетесь, передайте Гаудину, что у Стахора в Горроте - Ледяной Доктор, запомнили? Ледяной Доктор. Оба слова - с большой буквы, это прозвище. Когда он не поверит, а он, конечно же, не по-верит, попросите его посмотреть запись. В кошельке на столе найдите снольдерский двойной гриван. Знаете, каков на вид двойной гриван?
    - Да.
     - Он там один, не ошибетесь. Это видеокассета. Пусть посмотрит в замедленном действии, лучше всего покадро-во, как взорвалась стена крепости. У меня все.
    Он умолк и облизнул губы. Деловито попросил:
    - Возьмите кинжал, разрежьте мне одежду... хотя бы на ноге.
     Сварог двумя пальцами оттянул ему суконную штанину и осторожно надрезал.
    - До голого тела.
    - До голого...
    - Пощупайте пальцами. Что чувствуете?
    - Тело как тело.
     - А я уже не чувствую, как вы прикасаетесь... - медленно сказал Раутар. - Поднимите мою руку. Любую.
     Сварог взял его за запястье, приложив ровно столько сил, сколько требуется, чтобы поднять безвольно лежащую руку. Но его пальцы, не ожидавшие такой тяжести, дернулись вверх, сомкнулись в воздухе - а рука и не шевельнулась...
    - У вас что, руки привязаны? - недоуменно пригляделся Сварог.
     - Нет. Это золото, а оно тяжелое. У меня внутри. И скелет, и череп - сплошное золото. Потому мне и не пошеве-литься. Прощупайте мне ладонь.
     - Ладонь как ладонь, разве что холодная, - пожал плечами Сварог. - И самые обычные кости прощупываются.
     - Ничего удивительного, они не изменили формы, только стали целиком золотыми. Боюсь, следом настанет черед мышечной ткани, а там - то ли кровь, то ли мозг. Право, не знаю, что раньше заместится золотом. Да и не хочется гадать...
     - Но как это с вами... - Все это было настолько жутко, что Сварог не смог удивиться, а думать не стал ради эконо-мии времени.
     - Я работал в Горроте. И со свойственным мне оптимизмом - на что, впрочем, давал право кое-какой жизненный опыт – полагал, что Ледяной Доктор меня не раскроет. Но он как-то меня вычислил. Мне не препятствовали уехать из Горрота, все началось уже здесь, вчера.
    Сварог вдруг спросил:
    - Откуда вы знаете, что это - золото? Не свинец?
     - Потому что все симптомы как две капли воды походили на случай с лейтенантом Аттисом. Два года назад. Толь-ко тогда мы так и не поняли, что с ним случилось. Думали, просто прихворнул. Вечером я ушел из его комнаты, там, в гостинице, а утром обнаружил... золотую статую. То же самое...
     - Послушайте, - у Сварога вспыхнула надежда. - Как вас должны были забрать? Вимана?
    - Да. Но она будет ждать в Снольдере.
    - Плохо... Все это - магия?
    - Нет. Могу ручаться, что это - чистейшей воды наука...
     - Но ведь... - сказал Сварог растерянно. - Я в этом не разбираюсь, однако... Для превращения элементов нужны ядерные реакции или основанная на апейроне магия...
     - Значит, возможны и "холодные" реакции. Если вы - гений. А Ледяной Доктор - гений.
    - Как же он сумел...
     - Право, не знаю, - сказал Раутар. - И если его когда-нибудь изловят, во что я свято верю, не стоит его расспраши-вать - нужно примитивно прикончить на месте. Гений, лишенный даже крох морали и человечности, должен как можно быстрее отправиться в небытие. Вот никогда бы не подумал, что стану морализировать, да обстоятельства застави-ли...
     - Но нужно же что-то делать, - сказал Сварог. - Есть резиденция наместника...
     - Пока вы раздобудете в эту пору какую-нибудь повозку, пока довезете до резиденции, пока они свяжутся - будет поздно. К тому же меня нет здесь, как и вас. Я - призрак. Это создаст дополнительные сложности, потому что сохранить все в тайне нужно в первую очередь не от здешних...
    - Понятно... - зло сказал Сварог.
     - В общем, давайте без лирики, граф. Расскажите лучше кратко, как у вас дела, а я пока отдохну - чертовски труд-но шевелить челюстью, словно гирю к ней привязали...
    Сварог кратко рассказал последние новости.
    - Ничего не понимаю, - сказал Раутар.
     - Больше всего мне не понравились эти типы, работающие под призраков, - егеря с собакой. Орк говорил что-то о горротской зверюге, способной отыскать принцессу...
    - У вас есть варианты на крайний случай?
     - Поднять смуту, - сказал Сварог. - С участием принцессы и тех полков, что ей поверят.
    - Вы рискуете потерять Делию.
    - Я еще больше рискую, сидя на Бараглайском Холме. И она тоже.
    - Резонно, - согласился Раутар.
     И надолго замолчал. Только глаза двигались. Сварогу понемногу начинало казаться, что это и есть симптомы конца, он хотел потрогать запястье Раутара, но не смог себя заставить. Сгорбившись, сидел на массивном табурете, вяло проклиная про себя тот день и час, когда во все это ввязался, плохо представляя границы понятия "все это" и уныло сознавая, что никогда уже не спрыгнет с этой карусели...
     - Можно рискнуть, - сказал Раутар. - Под церковью святого Круахана начинается древний подземный ход на тот берег. Насколько я помню, церковь внутри "волчьих флажков". Но я в натянутых отношениях с Братством святого Роха, и на меня ссылаться в их присутствии не следует...
     - Как найти ход? - жадно спросил Сварог. - Есть у меня один человек...
     - Не знаю. Если быть точным, ход там когда-то был, уж это-то известно достоверно. Но существует ли он сейчас... Чертовски древний ход, иные подозревают, что он существовал еще до Шторма... Вам пора идти.
    - А вы? - вырвалось у Сварога.
     - Я? Дом принадлежит мне. Рано или поздно какой-нибудь прохвост сюда обязательно заберется. И разбогатеет. Родится еще одна легенда, Равена на них богата... возможно, легенды и не будет - если тот, кто найдет золотого чело-века, окажется умным и лишенным привычки болтать во хмелю. - Он коротко рассмеялся. - Не удивляйтесь, лорд Сва-рог. Я живой человек, и мне страшно. Но когда вы доживете до пятисот пятнадцати, привыкнете ко многому относиться философски... Идите. Не забудьте монету. Обычные деньги заберите тоже, пригодятся, беглецу полезно иметь как мож-но больше денег. Увы, больше ничем не могу быть полезен...
     Сварог высыпал на стол монеты, поворошил. Отыскав квадратную с круглой дырочкой посередине, украшенную двумя вздыбленными снольдерскими львами, сунул ее в узкий потайной карманчик. Остальные ссыпал в кошелек, не глядя сунул его за голенище. Полагалось что-то сказать, но мысли блуждали в сплошном сумбуре, и ничего не подво-рачивалось на ум.
    Словно отгадав его мысли, Раутар усмехнулся:
     - Право же, я в лучшем положении: моя смерть у меня перед глазами и не таит никаких неясностей, а ваша - где-то в неизвестности...
     Пожалуй, это оказалось лучшее прощальное слово, какое Сварог слышал, - злая шутка человека, имевшего пра-во быть беспредельно циничным... Не бабы и не романтики, в самом-то деле. Сварог выпрямился, отдав ему честь на ронерский манер – согнутая в локте рука брошена к сердцу, ладонь выпрямлена дощечкой, - поклонился и вышел, за-дев ножнами косяк.
     Ужасно не хотелось возвращаться через мостик, но в обход пришлось бы очень уж далеко. Сварог шагал быстро и настороженно, держа пистолет в опущенной руке, подбадривая себя мыслью, что выдававшие себя за призраков, все четверо вкупе с собакой, весьма даже смертны.
     Он задержался на мосту. Тишина, не видно ни полиции, ни горротцев. Темные брызги крови уже подсохли на древнем камне. Судя по их обилию и разлету, выглядит все так, словно таинственный зверь, налетев на незадачливого агента, с размаху рванул его клыками не хуже, чем мог бы рвануть кусок ветчины не жравший неделю бродяга. Вот так. И если ужасаться по всякому поводу, проще и практичнее сразу приладить петельку на ближайшие ворота.
     Обратный путь, как часто бывает, показался не в пример длиннее. Поэтому, когда на Сварога выехал из переулка вдрызг пьяный всадник из благородных, пустившийся то ли задираться, то ли жаловаться на жизнь, то ли все вместе, Сварог, не особенно размышляя, поймал его за руку, выдернул из седла, без всяких угрызений совести вскочил на коня и помчался к Бараглайскому Холму, слыша, как пьяный шумно ползает по мостовой и орет отчего-то: "Измена!".
     Конь оказался свежим, застоявшимся, и Сварог в считанные минуты пролетел по крутым улочкам, присмотрелся издали к дому Гая - на внутренней лестнице мерцает тусклый светильник, все спокойно, - спрыгнул, хлопнул коня ла-донью по крупу, и тот потрусил прочь. Даже если не воссоединится с хозяином, бесхозным долго не останется - как-никак столица, цивилизованный град, где отношение к чужому добру, особенно к тому, что бродит без присмотра по ночам, насквозь философское.
    

Предыдущая страница    14    Следующая страница

Форма входа

Поиск

Расскажи о сайте
Понравился сайт - разместите ссылку на страницу нашего сайта в социальных сетях или блогах

 

Орки

Эльфийка

Дракон

Календарь
«  Октябрь 2018  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031



.
Copyright MyCorp © 2018