Понедельник, 22.10.2018, 19:24

Приветствую Вас Гость | RSS
ФЭНТЕЗИ
ГлавнаяРегистрацияВход
Меню сайта

МОИ КНИГИ

Русалки

Дракон

Призрак

Статистика
Rambler's Top100 Счетчик PR-CY.Rank

Онлайн всего: 3
Гостей: 3
Пользователей: 0


-18-

     Возле узкого высокого крыльца - опять-таки идеально приспособленного для долгой обороны - стояла Мара в компании нескольких телохранителей. Слуга так и тащился следом, то порываясь подойти, то робко отступая.
     - Вам нужно беречься, государь, - сказал монах бесстрастно. - Эта неожиданная вежливость Стахора - я об оставлении им Заречья и Корромира - меня беспокоит даже больше, чем какой-то откровенно враждебный акт...
     - Меня тоже, признаться, - серьезно сказал Сварог. - Но вот от чего прикажете беречься, святой брат? Не знаете? И я не знаю... Положительно, этому болвану что-то от меня нужно!
    Он приостановился и жестом приказал тащившемуся по пятам слуге подойти.
    Тот, кланяясь, как подобает, тихо сообщил:
    - Государь, в столицу прибыл ваш младший брат...
     - Вы что-то путаете, любезный, - сказал Сварог почти весело. - Нет у меня братьев и не было... - И тут же спохватился. - Тьфу ты, я и не подумал... Конечно же, младший брат... Харланский герцог или кто-то из Вольных Маноров?
    Старательно пуча глаза и держа руки по швам, слуга доложил:
     - Несколько часов назад в столицу на купеческом корабле приплыл король Арира из Вольных Маноров - под вымышленным именем, в сопровождении кого-то из своих баронов, тоже путешествующего инкогнито. Оказавшись в столице, король открыл свое подлинное имя и заявил, что хочет с вами увидеться по конфиденциальному делу... Глэрд Таварош ждет распоряжений... Он говорит, что король настоящий...
     - Интересно, какого черта ему от меня нужно? - в недоумении вопросил Сварог. И, не стесняясь нарушать этикет перед лицом подданных, размашисто хлопнул себя по лбу. - Я с сегодняшними событиями забыл все на свете... Бони!
     - Именно так, государь. Король Арира Бони Скатур Дерс Первый. Подлинное имя барона мне неизвестно, его так и не назвали...
     - Ничего, я и сам знаю, - нетерпеливо сказал Сварог, улыбаясь. - Готов биться об заклад, барона зовут Паколет... Ноги в руки, любезный! Марш на кухню, и пусть повара наготовят столько, чтобы хватило на целый платунг голодных драгун! И бочоночек из погреба, из заветного отделения! Ну, не стой столбом! Чтоб подошвы горели!
    Слуга, оскальзываясь, кинулся прочь - к поварне.
    - Добрые знакомые? - спросил монах.
     - Друзья, - сказал Сварог, все еще улыбаясь. - А у меня не так уж много друзей... Простите, святой брат, я вас оставлю...
     Уверенно стуча каблуками по древней брусчатке, он быстро зашагал к Маре, на ходу прикидывая, как Проще и незаметнее всего улизнуть из замка.
   

Глава 12. МЕЖДУ НАМИ КОРОЛЯМИ...

     Оказалось, незаметно покинуть древние стены - предприятие самое нехитрое... Мара, как командир королевских телохранителей, уже была посвящена в эту тайну, более того, располагала двумя комплектами ключей: своим и личным королевским. Нужно было спуститься в подвал под домиком для стражи у воротам, в самом дальнем углу, отпереть низенькую дверцу, спуститься на дюжину ступенек, пройти уардов сто по сводчатому туннелю, выложенному не пропускающим сырости "жабьим камнем", снова преодолеть дюжину ступенек, но уже вверх, - и оказаться в небольшом домике по ту сторону, площади, отделявшей королевский дворец от прочих городских строений. Хозяином домика по традиции был отставной гвардеец, надежный и семью семь раз проверенный. За четыреста лет существования подземного хода пользовались им часто - одни гланские короли, подобно Гарун аль-Рашиду, любили прогуляться по своей столице в облике простого прохожего, другие искали за пределами замка любовных приключений, третьи плели какие-то интриги там, где у стен нет ушей... Но задуман и построен был потайной ход в первую очередь не для пустых забав, а с чисто утилитарными целями, чтобы монарх в случае такой необходимости мог бы спастись от убийц. Гланские патриархальные традиции наложили свой отпечаток и на эту область жизни: в отличие от иных держав, где частенько заставляли свергнутых королей подписать бумагу об отречении, после чего все же сохраняли жизнь в каком-нибудь отдаленном замке, гланские заговорщики не разменивались на столь пошлое бумаготворчество, предпочитая попросту и без затей проткнуть короля чем-нибудь острым, чтобы, чего доброго, не сбежал потом из заточения и не отомстил по всей строгости. Шутки шутками, а Баглю рассказывал Сварогу о двух королях и одной королеве, которым этот ход спас жизнь, что за четыре столетия в замке были убиты семеро самодержцев, которым не дали возможности добежать до спасительного подвала...
     Отчасти и по этой причине замок Клойн (с которого некогда и взяла начало одноименная столица) Сварогу как-то сразу не пришелся по вкусу. Не особенно и приятно обитать в замке, где имеются пять комнат и две лестницы, некогда запятнанные кровью твоих злодейски загубленных предшественников. (Что интересно, ни один из них отчего-то так и не появился впоследствии в виде призрака. Но это ничуть не повлияло на отношение Сварога к неуютной каменной громаде.)
     Вот купленный Марой дом примерно в полулиге от замка - совсем другое дело. Там никого никогда не убивали, там было тесновато, но уютно, а главное, можно обходиться без кучи положенных по этикету постельничих, чашников и прочих холуев, с утра до вечера болтавшихся за дверью то королевской спальни, то королевского кабинета...
     Сварог стоял за портьерой, пока замковые слуги расставляли на столе привезенные с королевской кухни яства, вкатывали тот самый заветный бочонок. Слышал только, как Мара покрикивала:
     - Громоздите, громоздите! Чтобы стол ломился! Бочонок поставьте просто так, пробку я как-нибудь и сама вышибу! А то знаю я, как в таких случаях бочонки наполовину пустеют...
     - Госпожа гланфортесса... - послышался укоризненный тенорок третьего помощника главного королевского кухаря. - Вот уж воистину беспочвенное обвинение...
     - Знаю я, - безжалостно ответила Мара. - Оглянуться не успеешь, как ополовините. Кто на пиру в честь коронации печеного фазана под полой унес прямо с блюда? Не я вами заведую, объедалы-опивалы, а то наплакались бы вы у меня... Все выложили? Вот и шагайте восвояси, да пригласите сюда тех двух господ...
     Когда захлопнулась дверь, Сварог вышел из своего укрытия, оглядел стол, как положено, ломившийся от массивных золотых блюд, кубков, чеканных мисок, поставцов и чаш. Стол невыносимо заманчиво благоухал тушеным, пареным, пряженым, ставленным и верченым - да вдобавок свою лепту вносили горы фруктов, сладостей и заедок. Несмотря на вороватость, кухари и их подручные свое дело знали - за таким столом и в самом деле не стыдно одному королю принять другого.
    Мара присвистнула сквозь зубы:
     - Одну копченую рыбу все-таки ухитрились спереть, прохвосты. Хорошо помню, что их было семь, "благоприятное число", а теперь не более чем шесть...
     - Не придирайся, - сказал Сварог. - Между прочим, они о тебе то же самое думают - что ты под шумок, пользуясь служебным положением, кормишь своих гостей с королевского стола... А что еще им думать, коли они не знают, что я тут?
     И повернулся к двери, чувствуя, как рот сам собой растягивается в улыбке. Дружелюбно рявкнул:
     - Ну, что встали, обормоты? Почему никто на шею не бросается? Не к чужим приехали!
     Первым вошел Бони - такой же здоровенный, вот только румянца в лице что-то поубавилось, да над ремнем явственно выпирал живот. Двигавшийся следом Паколет тоже мало напоминал уже прежнего тощего недокормыша - щеки у него лоснились, фигура приобрела этакую сытую округлость, разве что редкие кошачьи усики остались прежними. Оба и двигались как-то иначе - осанисто, вальяжно, степенно.
     - Ну что вы в дверях торчите?! - нетерпеливо воскликнул Сварог, делая шаг вперед.
     - Кто ж вас знает, ваше величество, - осторожно сказал Бони, неторопливо продвигаясь к нему. - Вы, говорят, заматерели, не счесть титулов с орденами, Небесным Престолом отмечены... Полезешь по старой памяти ручкаться, позору не оберешься...
     - Болваном был, болваном и остался, - сказал Сварог беззлобно, крепко обнял его, похлопал по спине, потом тем же способом приветствовал Паколета. Отстранился, внимательно их оглядел. - Ребятки, а ведь вы, провалиться мне на этом месте, здорово жирком обросли...
     - И не говори, командир, - уныло сказал Бони прежним, естественным тоном, моментально заставившим вспомнить старые доблестные времена (не столь уж и старые, впрочем, всего-то полгода промелькнуло). - Чего уж нас щадить, скажи попросту: салом заплываете, кабаны... Святая правда. - Он звучно похлопал себя пониже ремня. - Эвона, бурдюк топырится, чтоб ему... Привет, рыжая! - обернулся он к Маре. - Волосья отрастила, похорошела-подросла, оружием увешана, как встарь... Много народу поубивала, пока не виделись?
    - Мне хватит, - скромно ответила Мара.
     - То-то мы, пока шли, видели - из каждой канавы ноги торчат, сразу на тебя и подумали...
    - Трепло деревенское, - с достоинством ответила Мара.
     - Увы, рыжая, увы... - ответил Бони с той же неприкрытой грустью. - Давно уж не деревенское, а вполне даже королевское. Ты не смотри, что я корону дома на гвозде оставил, - мы нынче тоже настоящие короли, хоть и младшие братья большеньких... А это кто? - Он подошел к Элкону, обошел его кругом, как столб, критически оглядывая. - В очечках, надо же...
     В мгновение ока он сграбастал юнца поперек талии, оторвал от пола и ловко крутанул на триста шестьдесят градусов, так, что пятки молодого лара на секунду оказались направленными в потолок. Ухитрившись при этом не уронить у него с носа очки, поставил назад, поцокал языком:
    - Хлипковат. Надо полагать, он у тебя, командир, по ученой части?
     Элкон сердито поджал губы, но грубость стерпел, вежливо раскланялся: - Совершенно справедливо изволили заметить, милейший, по ученой главным образом...
     - Ну, ничего, дело полезное, - благодушно сказал Бони. - Я вон тоже научился читать не только по-печатному, но и по-писаному, и даже, командир, не поверишь, писать умею! Почти что без ошибок. А если мне на ошибку какая въедливая зараза укажет, я уже не конфузюсь, а спокойно отвечаю: мол, своим королевским указом велел намедни изменить эту, как ее... орфографию и в данный текущий момент как раз по этой новой орфографии и пишу... - Он похлопал Элкона по плечу. - Молодец, держись командира. У командира редкостный талант выводить в люди всех, кто ему вовремя подвернется под руку и найдет в себе достаточно ума, чтобы встать под знамена, в ряды, так сказать... Вот посмотри на меня, кто я был в прошлом году? Беглый мятежник без гроша в кармане, без документов, без цели в жизни... А теперь? Натуральный король, с подданными, с дворцом, с фаворитками, чтоб их черти взяли... А этот вот хмырь, - покачал он через плечо большим пальцем на ухмылявшегося во весь рот Паколета, - и вовсе в Равене кошельки тырил, курей воровал по окраинам. Зато теперь - фу-ты, нуты! - ронерский маркиз и арирский барон, поместье у него, замок с башенками, вассалы шапки ломают, орденами звенит... А все почему? Потому что вовремя догадался в ногу маршировать за командиром...
     - Все это весьма познавательно, - как ни в чем не бывало поклонился Элкон. - Однако я и без ваших поучений успел понять, что лорд Сварог - личность незауряднейшая.
     - А он у тебя с гонором, командир, - фыркнул Бони. - Если еще и не дурак, далеко пойдет... Так-так-так... - сказал он, подошел к столу и, не обращая внимания на заманчиво благоухающие яства, уставился на Караха, примостившегося на широкой спинке дубового стула. - Чтоб меня об сарай шваркнуло! Натуральный домовой! И в орденах весь, надо же... Отроду не слышал про домовых при орденах, даже с простенькой медалюшкой, по-моему, ни одного не было...
    Карах, тоже уже обучившийся придворным политесам, вежливо ответил:
     - Между прочим, любезный король, я имел честь сопутствовать командиру в опаснейших предприятиях, пока вы у себя в деревне гусей пасли...
     - Вот уж чего сроду не делал, - беззлобно ответил Бони. - У нас в Скатуре гусей не было. Гуртовщиком был, это точно, не отрицаю, да это ж не позор... Значит, это тоже сподвижник? Ну, в таком случае - наше нижайшее! Командир в сподвижники кого попало не выберет - вон, один я чего стою... Писаный балладный персонаж. Вы чего так скептически ухмыляетесь, господин в очечках? Про меня, чтобы вы знали, самый настоящий поэт самую настоящую поэму пишет, самым что ни на есть стихослагательным манером - то ли блямбом, то ли холерой, не помню точно... В пяти частях, с восхвалительным прологом и прославительным эпилогом. Точно вам говорю, настоящий поэт, из Сословия Свободных Искусств, в трех университетах учился, книжки печатал. Я его не уговаривал, сам из Ронеро приблудился...
     - И жрет у тебя на поварне, поди, за троих? - невинным голоском поинтересовалась Мара. - И вино хлещет за четверых, и золотишко у тебя тянет?
     - Не без этого, - чуть смущенно сознался Бони. - А что поделать? Приличный король должен покровительствовать искусствам, это везде написано. Мой придворный стихоплет хоть поэмы пишет и репутацию ценителя искусств мне создает, а просто придворные, все эти там камергеры и кухмистеры, за те же денежки только милости выпрашивают и золотые вилки с солонками со стола прут на каждом обеде... Повесил одного с вилкой в зубах, так, ты думаешь, помогло и перевоспитало? Хрена с два! Хоть к столу солонки приколачивай, право слово...
     - Вот, кстати, о столе, - спохватился Сварог. - Что же мы стоим, как монументы? Прошу к столу! От души нагромоздили!
     К его некоторому удивлению, долгожданные и радовавшие душу гости уселись за стол определенно нехотя, восторгаясь его роскошью и обилием, такое впечатление, исключительно для того, чтобы не обидеть радушного хозяина. Бони лениво пожевал ломтик фаршированной креветками форели. Паколет равнодушно, будто повинность исполнял, отломил крыло у каплуна, плававшего в сложнейшем соусе "семь обжор"... Помнивший их аппетит Сварог поначалу недоумевал про себя, потом спросил прямо:
    - Зажрались, ребятки, в королях и баронах?
     - Вот то-то и оно, командир... - печально ответствовал Бони, вороша вилкой салат с таким видом, словно перед ним была отрава. - Зажрались, зажирели, брюхи ходить мешают... Не было б на свете вина, жизнь и вовсе смысл бы потеряла... - Он поднял сверкнувший неограненными самоцветами кубок и решительно осушил его до дна. - Что бы мы делали, бедные короли, без доброго винца... Между нами, королями, командир, - кто же знал, что жизнь наша королевская такая паскудная...
    - Правда? - серьезно спросил Сварог.
     - Святая правда, - не менее серьезно ответил Бони, приканчивая второй кубок вместимостью не менее чем в полторы бутылки. Щеки у него моментально раскраснелись прежним деревенским румянцем. - Ты у нас, конечно, дело другое - у тебя, как ни крути, держава настоящая. У тебя и войны взаправдашние, как у больших, и дворянские мятежи, я краем уха уже слышал, солидные, и армия, и университет, и все такое... А вот знал бы ты, какая это дыра - Вольный Манор! - Его разбирало на глазах. - Неописуемая дырища! Чтоб ей провалиться со мной вместе! Чтоб только дырка на географической карте осталась!
    Мара, насмешливо наблюдавшая за ним, не преминула тут же вмешаться:
     - Насколько я помню, никто тебя на арирский престол силком не тащил, в спину оглоблей не подталкивал...
     Вопреки обыкновению, Бони не огрызнулся и не отшутился. Сказал печально: - Ну что, свалял дурака. С тобой не бывало, что ли? Отомстить этому гаду, Арсару, конечно, следовало, но вот за каким чертом я на освободившийся престол влез, сам толком не пойму. Такая уж была обстановка - воинство мое подзуживало, бароны в пояс кланялись, корону трясущимися ручками протягивали... Вспомнил я сказки и баллады да подумал: отчего бы нет? В сказках, господа мои, бравый герой завсегда, спихнувши или прикончивши коварного тирана, сам на трон садится. Вот я и сел, дубина. Сначала повелел отыскать уцелевших скатурцев, чтобы облагодетельствовать, - земляки как-никак. Нашли человек двадцать. Душевного разговора о старых временах не получилось - в пояс кланяются, признавать боятся, два часа поил, да так и не разговорил толком. И понял я, что возврата к прошлому нет, особенно когда от прошлого остались одни головешки. Ну, отсыпал им золотишка да отправил восвояси. И сижу себе дальше на престоле, как дурак, правлю помаленьку. Вот именно, что помаленьку: где ж в нашей глуши развернешься? От нечего делать пошел воевать с соседом - у меня в соседях князь Велембан, совершеннейшая скотина, ободрал всех, как охотник белку, невест из-под венца утаскивает, половину земель в Балонге заложил... И что? Он, когда услышал, что мы идем на его столицу, собрал казну во вьюки и с самой доверенной челядью ускакал в изгнание, как миленький. - Бони невольно приосанился. - Это оттого, командир, что кое-какие слухи о наших славных свершениях под твоим мужественным руководством и до нашей глуши уже докатились, уж прости за прямоту, но и я в лучах твоей нешуточной славы иногда купаюсь... Репутация образовалась... Ну, что делать? Не вышло войны. Присоединил я его княжество к моему Ариру по праву ваганума и вернулся домой, как идиот, ни разу даже мечом никто не махнул... Подданные триумфальную встречу устроили, поэт мой впереди шагает и оды декламирует - а меня тошнит от всего от этого...
     Паколет, тоже успевший разделаться с парочкой Кубков, громко хихикнул: - Ты еще расскажи, как они тебе почетные титулы преподнесли...
     - Молчал бы ты, баронская морда... - печально отмахнулся Бони. - Ну да, точно, преподнесли. Собиратель Земель, Победоносный Воитель, еще как-то там... Подхалимы собрались мою конную статую на площади возводить, но тут уж я из себя вышел, рявкнул так, что без команды разбежались, а скульптор, для этой угодливой цели ими за большие деньги из Ронеро выписанный, с перепугу так из дворца припустил, что за границей только и остановился... Сижу, правлю дальше. Бароны на цыпочках ходят, самому кусок до рта донести не дают. Я даже мечтал, чтобы устроили они, наконец, какой-нибудь заговор - все-таки развлечение, да и можно их потом на воротах развешать... Да разве от них дождешься? Пятки мне чесать на ночь готовы, доченек в фаворитки наперегонки так и подсовывают... - Он покосился на Элкона. - Ты, отрок, уши пока заткни, тебе еще рано про баб слушать...
    Элкон преспокойно ответил:
     - Могу вас заверить, ваше величество, что мои познания в этом предмете отнюдь не теоретические.
     - Ну, тогда слушай, - махнул рукой Бони. На его щекастом, сытом лице отобразилось нешуточное страдание. - А эти доченьки - особая статья и новая печаль. Не успеет из-под тебя вылезти, зараза, начинает зудеть: мол, нельзя ли папеньке прирезать угодий? Или золотую цепь пожаловать? Или в камергеры произвести? Да вдобавок каждая в законные королевы рвется. Однажды подрались - ну, была картина! Бродячий цирк такой комедии не урежет! Одним словом, командир, вспоминаю я наши с тобой странствия и от тоски чуть подушку не грызу: как мы от погони бегали, под кустами спали и жрали что попало, как в Хелльстаде со страху писались, как с демонами в Трех Королевствах хлестались... - Его голос достиг высот пафосной мечтательности. - И под смертью ходили что ни день, и по воздуху летали, и по воде улепетывали, весь мир на нас шел войной... Вот была жизнь! Вот когда человеком себя чувствовал!
    - Взял бы да и отрекся, - насмешливо посоветовала Мара.
     - Не могу, - уныло признался Бони. - Духу не хватает. Крестьянская натура не позволяет - коли уж тебе досталось хозяйство, из рук его не выпускай... На этот счет есть какое-то ученое словечко, что-то насчет репы - реплекс вроде бы... Реплекс у меня такой...
    - А у тебя? - поинтересовалась Мара, с подначкой глядя на Паколета.
     - А мне его бросать неудобно, - столь же печально, как только что его коронованный сюзерен, признался Паколет. - Как он один останется со всей этой сволочью? У меня то же самое, командир: жизнь не в жизнь... Бони меня по великодушию своему пожаловал в бароны - когда свергали короля Арсара, кого-то из баронов по ходу дела пристукнули, и остались бесхозные земли... Только радости от этого никакой. Походил я гоголем ровно месяц - потом надоело. Не умею я этого - пиры устраивать, с соседями-олухами на охоту ездить, вассалов судить по выходным дням в самой что ни на есть торжественной обстановке, управителевы книги проверять, воровство выискивая... Осточертело.
     В горницу тихонько проскользнула старуха Грельфи. Увидев, что на нее обратили внимание, замахала сухонькими ручками:
     - Не беспокойтесь, светлый король, я где-нито с краешку примощусь, корочку пожую и водичкой запью...
     Однако, усевшись за стол, наложила себе на золотую тарелку немало вкусных кусочков и в кубок наплескала отнюдь не родниковой водички. Встретив взгляд Сварога, непритворно вздохнула:
     - Умаялась, государь. Весь замок облазила от подвалов до крыши, а уж зеркало три часа изучала, попробовала на нем все, что только умею... И сквозь решето на него смотрела, и семь иголок раскладывала, и на птичье крыло ворожила...
    - И что с ним, с зеркалом? - жадно спросил Сварог.
     - Откровенно тебе скажу, государь, - не понимаю... Ничего даже отдаленно похожего прежде не видела, в жизни не сталкивалась. – Грельфи выглядела не на шутку удрученной и усталой. - Что-то я за этим зеркалом увидела, знать бы только - что... Поначалу решила, что это Древние Дороги - нет, шалишь, совсем другое что-то... Заводь, думаю. Опять нет, никакая не Заводь. И уж никак не Соседняя Страница. Там какая-то БЕЗДНА, светлый король. - Она произнесла последнее слово, выделяя и чеканя каждую буковку. - Вот и все, что я углядела. Насквозь непонятная мне Бездна, жутко мне от нее, холодом на меня от нее дует... Но ихний Кривой Мак был прав, и монах тоже, - зеркало это, Бездна эта не имеет отношения ни к черной магии, ни к нечистому. Просто Бездна... - Она пожала плечами в тщетных попытках облечь в четкие человеческие слова непонятные ей самой образы. - Насквозь мне непонятная. Подержать бы тех, в балахонах, что из нее вылезают, за шкирку, в глаза посмотреть, "серебряным трезубцем" попытать... Или, скажем, "четырьмя углами"...
    - Вы это о чем? - жадно спросил Бони.
     - Да так... - скупо ответил Сварог, потому что хвастаться было нечем. - Очередная напасть, лезет тут из одного зеркала непонятно кто и непонятно откуда...
     - Видал? - Бони отнюдь не по-королевски подтолкнул Паколета локтем. - Живут же люди! Я так понимаю, командир, у тебя вроде намечается очередное рисковое предприятие?
     - Насчет риска пока не знаю, - честно признался Сварог. - Но загадочка серьезная и пакостная, чует мое сердце...
     - Командир! - вкрадчиво сказал Бони. - А не найдется ли у тебя по старой памяти местечка в рядах? Для нас обоих? Ты не смотри, что у меня брюхо отросло, - поболтаться по бездорожью недельку-другую, сухим куском питаясь, оно и пропадет...
     Паколет торопливо закивал: - Да уж понятно, для обоих. Куда тебя одного отпускать, деревенщину...
     - Мне мест в рядах не жалко, - сказал Сварог. - Ряды, честно признаюсь, настолько редки, что тоска берет. Вот только... Вы хорошо подумали, ребятки? Сейчас вы как-никак при достатке и покое...
     - А кто ж его знал, что достаток с покоем - такое дерьмо! - треснул по столу кулачищем захмелевший Бони. - Это поначалу, не знавши, думается, что лучше собственной поварни и парчовой одежи ничего на свете нет. А приобвыкнешься - и тоска берет. Я, командир, сплошная деревенщина, как точно подметил этот хмырь с воровским прошлым. Однако ж успел врубиться в одну нехитрую истину: с тобой человеком себя чувствуешь. А не долбаным королем с засиженного трона. И дерешься, что характерно, за что-то путнее. Вот тебе и весь сказ. Ты не думай, я тебе и трезвым то же самое повторю. Задолбало меня это королевство, спасу нет. Если...
     У двери мелодично забренчал колокольчик. Кивнув Маре, чтобы подошла, Сварог быстренько облокотился на стол, закрыл лицо ладонью, сдвинув на ухо широкий гланский берет. Теперь, с закрытым лицом, он как нельзя лучше напоминал захмелевшего гуляку, к которому вошедший не особенно и будет приглядываться.
     Он так и не расслышал, о чем говорила Мара с пришедшим, - Бони громогласно принялся, загибая палец за пальцем, перечислять все неудобства королевского положения, пропади оно пропадом, в синий прах и вперехлест через колодец по лешачьей матери... Тем временем Грельфи, умиленно расслабившись лицом, выспрашивала Паколета о его покойной бабке, своей былой подруге, - и голосина у нее тоже не напоминал мышиный писк.
     Наконец Мара вернулась - с совершенно спокойным лицом, значит, никаких новых хлопот пока что не предвиделось, - уселась на свое место и тихонько сообщила Сварогу: - В замок только что приехал граф Грелор из Ронеро, уверяет, что он - чрезвычайный и тайный посол короля. Верительная грамота имеется. Ты ему нужен прямо-таки незамедлительно. Говорит, что знаком с тобой.
     - Граф Грелор? - проворчал Сварог, перебирая в памяти всех своих титулованных знакомых, которых к нынешнему времени уже набралось немеряно. - Что-то такое в голове вертится... - И звонко хлопнул себя по лбу, по королевскому челу. - Ну я болван! Впрочем, титулом он пользовался так редко... Орлы! - рявкнул он. - А ну-ка, минутку внимания! К нам Леверлин приехал!
     - Я ж говорю - судьба! - ухнул Бони. - Стягивается помаленьку старая гвардия, неспроста! Зови его сюда, у нас еще полбочонка осталось...
     - В самом деле, - сказал Сварог Маре. - Пошли за ним человека, пусть едет сюда, к старым друзьям. Вряд ли он за это время стал настолько спесив, чтобы непременно требоватьприема во дворце, да и посол-то он - тайный. Посол, надо же. Помнится мне, всякая государственная служба была ему решительно...
     Он растерянно замолчал. Глухой удар, могучий, тяжелый, сотряс землю, казалось, совсем рядом, во дворике, куда завели коней. И тут же кони, прекрасно было слышно, тревожно заржали, загремели подковами по брусчатке. Посуда на столе - массивная, литого золота - подпрыгнула, как живая, жареный каплун, словно бы твердо решив избежать королевских и дворянских желудков, полетел со стола на пол.
     - Эт-то чего такое? - громко осведомился Бони. - Меня на стуле так и подкинуло, а я ж не пушинка... Землетрясение?
     - Не знаю, - пожал плечами Сварог. - Если верить знающим людям, давненько у меня в королевстве не случалось землетрясений...
     Он подошел к окну, повернул вниз медную вычурную ручку и потянул на себя низкую старинную раму с забранными в свинцовый переплет круглыми стеклышками. Высунулся наружу, в ночную прохладу.
     Судя по звукам, вокруг разгоралась самая настоящая паника. Сразу в нескольких местах, и далеко, и где-то совсем рядом, послышались многоголосые крики, испуганные и громкие, по мостовой грохотали копыта - кто-то опрометью пронесся верхом, кто-то бегал возле дома на противоположной стороне улицы, размахивая горящим фонарем. Еще верховые, еще бегущие... Во мраке, слабо освещаемом лишь парочкой тусклых фонарей, вырывавших из темноты то чье-то насмерть перепуганное лицо, то лошадиный круп, то блеск огня на лезвии меча, метались конные и пешие, недоуменно перекликаясь, и пешие шарахались от конных, а конные сами не знали, куда им скакать...
     Сварог отпрянул - совсем рядом, перед самым лицом мелькнуло широкое лезвие гуфы в руке промчавшегося под окном всадника.
     - Да куда ж ты! - заорал ему вслед кто-то под окном, едва не размазанный по стене мчавшейся лошадью.
     Показалось, что все же настала, наконец, некая упорядоченность - и шаги бегущих, и грохот копыт потянулись в одном направлении, в сторону дворца. Высунувшись из окна вновь, Сварог перевесился через широкий подоконник и наугад гаркнул в темноту:
    - Эй, что там творится?
    Снизу ответил перепуганный женский голос:
     - Ко дворцу все спешат, сударь! Кричали только что: дворец, мол, развалился! Короля убило, Матушка-Медведица! Каменьем так и завалило, рассыпался дворец!
     Кажется, ей что-то ответил мужской голос, более рассудительно. Сварог уже не слушал - махнув Маре, бежал вниз по узенькой крутой лестнице.
    Оказавшись в небольшом внутреннем дворике, где все еще бились и ржали кони, сорвал со столбика поводья, вскочил в седло и, круто развернув храпевшего Дракона, вылетел в ворота, успев пригнуть голову, чтобы не треснуться лбом о низкую каменную арку. Оказавшись на улице, поскакал к дворцу.
     Едва только свернул за угол, увидел воду - она текла навстречу во всю ширину улицы, покрыв брусчатку пальца на два, в ней отражались уличные фонари и факелы, всадники, поднимая брызги, неслись к площади, и туда же бежали пешие, хлюпая подошвами.
     Бросив беглый взгляд через плечо - его догоняла Мара с двумя телохранителями, - Сварог дал коню шенкеля. Дракон рванул вперед в ореоле сверкающих брызг. Отчаянным усилием Сварога ухитрился обогнать телохранитель и, мчась на голову впереди, закричал:
    - Дорогу королю! Королю дорогу!
    Подействовало: пешие и конные раздались в стороны, послышались крики:
     - Король! Король! - И кто-то заорал вовсе уж истошно: - Жив его величество! Жив!
     Сварог вынесся на площадь, натянул поводья. Горячий жеребец взмыл на дыбы, но Сварог его мигом успокоил. Застыл в седле, словно собственная конная статуя, уронив поводья на луку седла, оторопело таращился на залитую янтарно-желтым сиянием ночного светила площадь - Семел-Юпитер как раз выглянул из-за туч.
     Он не узнавал собственного замка, покинутого пару часов назад. Над стенами больше не возвышались башни и крыши - да и сами стены стали ниже на добрую треть, с них исчезли все до единой башни, машикули и зубцы. Из дыры на месте ворот шумно вырывался поток воды - толстенной струей, словно кровь из рассеченной артерии. И со стен текла вода, переливаясь через них на всем протяжении. Справа вдруг с грохотом обвалился кусок, несколько скрепленных прочным цементом валунов, - и в образовавшуюся неровную брешь тут же хлынул поток. Какое, к черту, трясение земли... но что это, боже правый?!
     Вода лилась из замка могуче, неостановимо, словно там бил чудовищный фонтан. Дракон приплясывал, звонко лязгая подковами по мокрой брусчатке. Вокруг Сварога росла толпа конных и пеших, но никто не осмелился переступить некую границу, сделать хотя бы шаг навстречу неведомо откуда взявшейся воде.
     Сварог присмотрелся: нет, не показалось. Там и сям в лениво струившейся воде бились рыбы, большие и маленькие, еще какая-то мелкая живность вроде крабов...

Предыдущая страница    18    Следующая страница



Литовской музыкальной академии

Форма входа

Поиск

Расскажи о сайте
Понравился сайт - разместите ссылку на страницу нашего сайта в социальных сетях или блогах

 

Орки

Эльфийка

Дракон

Календарь
«  Октябрь 2018  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031



.
Copyright MyCorp © 2018