Суббота, 21.07.2018, 16:29

Приветствую Вас Гость | RSS
ФЭНТЕЗИ
ГлавнаяРегистрацияВход
Меню сайта

МОИ КНИГИ

Русалки

Дракон

Призрак

Статистика
Rambler's Top100 Счетчик PR-CY.Rank

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0


     Борн оглянулся:
     - И никого больше?
     Сварог тоже оглянулся, увидел рядом одного Чабу. Остальных нет. Множество самых разнообразных звуков доносилось со всех сторон, нечего и пытаться различить посреди этой какофонии знакомые голоса, стук копыт.
     - Борн... - Сварог смотрел на него, как ребенок на фокусника. Но сердце тут же упало - лицо Борна стало грустно-отрешенным. Чудеса, похоже, кончились, как это сплошь и рядом случается с чудесами.
     - Поехали осторожненько, - сказал Борн, доставая меч.
     И поехал вперед, выбирая самые широкие просветы меж стволами. Сварог двинулся следом, водя стволом пулемета вправо-влево. Обострившийся до предела слух четко улавливал тихое бормотанье Чабы:
     - Ну прямо Море Мрака, погань такая...
     - Ничего, - сказал Борн. - Еще поживем. Похоже, они хотели прижать нас на кладбище, но потеряли теперь...
     - Потеряли, - кивнул Сварог и выпустил очередь в темную массу, кинувшуюся к нему. Она шарахнулась, взревела, зашипела, завалилась назад, темный предмет отделился от нее, прыгнул вбок, но Сварог достал и его. Словно откликаясь, где-то далеко в стороне вспыхнула заполошная перестрелка. Сварог мгновенно определил - оружие автоматическое, работают несколько стволов. Борн вдруг резко развернул коня в ту сторону, где лежало подстреленное Сварогом нечто.
     - Штурман, ты что? - вытаращился Чаба.
     - Понимаешь, сейчас все суетятся и мечутся, - усмехнулся Борн. - Может, выгодней будет как раз постоять на месте? Подержи коней. Посмотрим, граф, кого вы успокоили.
     Сварог осторожно зашагал следом, держа пулемет наготове.
     Человек был самый обычный - в длинном чешуйчатом панцире, круглом шлеме с коротким султаном и белом плаще с изображением черного солнца. Он упал ничком, и Сварог не видел его лица, чему ничуть не огорчился.
     А в двух шагах, примяв молоденькие деревца, вытянулся диковинный зверь - то ли ящер, похожий на кенгуру, то ли кенгуру, похожий на ящера. Пожалуй, все-таки ящер - безухая голова, зубастая пасть, когтистые лапы. И на спине, укрепленное сложной упряжью, седло странной формы.
     - Дела... - сказал Борн.
     - Этот плащ - это же знамя Горрота, - сказал Сварог.
     - Именно. Но у короля Стахора никогда не было ни таких ящеров, ни таких доспехов, ни привычки таскать плащи в виде собственного флага. Хотя, с другой стороны, штучки с туманом как раз во вкусе Стахора. Пулеметы, каких на земле нигде не делают... Знаете, что меня подбодряет? Очень похоже, здесь рыщут две разные группы.
     - Может, отложим головоломки до лучших времен? - спросил Сварог. – А это нам не пригодится?
     Он нагнулся и поднял оружие мертвеца - короткое ружье с деревянным изящным прикладом, вместо ствола цилиндр из мутно-синего стекла, в казенной части сдвоенные блестящие шары.
     - Осторожно, бережно положите назад, - сквозь зубы сказал Борн. – Я не знаю, что это такое. Даже если Стахор и выдумал что-то новое - все его выдумки не к добру, даже когда с ним умеешь обращаться...
     - Вам не кажется, что туман редеет? - спросил Сварог.
     - Кажется...
     Туман редел, вокруг стало заметно тише, а это уже вселяло кое-какие надежды. От них не так уж и много требовалось - всего-навсего остаться в живых.
     Они выехали на открытое место, лес остался слева, и там уже можно различать отдельные деревья. И холмы прорисовываются в тающей понемногу мгле. Вот только дороги нигде не видно. Однако Борн уверенно ехал впереди, и Сварог с Чабой приободрились.
     Под копытами зачавкала вода, отовсюду тянуло сырым холодом. Высокая трава, бурая и жесткая, достигала колен коней.
     - Болото? - забеспокоился Сварог. Он терпеть болот не мог. Утонуть в болоте - почему-то смерть хуже этой он себе и представить не мог.
     - Речка широко разливается в эту пору, - сказал Борн. – Сырости хватает, но земля твердая. Ямы, правда, попадаются.
     - А до дороги далеко?
     - Не особенно, - сказал Борн. - Главное, я определился, где мы есть. И чувствую, что из облавы вырвались. Почти. Если...
     Он уже целился из арбалета. Сварог сорвал с плеча пулемет. Те шесть темных высоких пятен определенно двигались навстречу.
     И тут же, подтверждая это ценное наблюдение, навстречу всадникам ударила пулеметная очередь.
     Чаба мешком свалился с седла, даже не охнув. Сварог поскакал вперед, стреляя наудачу, и двое рухнули с коней, потом пулемет замолчал, кончилась последняя лента, и Сварог, не глядя, отшвырнул его, схватил топор. Двое всадников бросились к нему, двое промчались мимо, к Борну. Теперь Сварог различал гнедых высоких коней, тусклые кирасы, закрывавшие лица шлемы.
     Передний оплошал - он выпустил пулемет и схватился за меч, но ремень пулемета захлестнул эфес, и это подарило Сварогу лишние секунды. Широкое лезвие Доран-ан-Тега вошло в кирасу, как в кусок масла. Сварог развернул коня на месте, хотел отбить меч, но попросту отсек его от рукояти. Срезанный под корень клинок отлетел в сторону, всадник, оставшийся с бесполезным эфесом в руке, прямо-таки застыл аллегорической фигурой Изумления. Топор обрушился на него, снося решетчатое забрало.
     Сварог оглянулся. У Борна тоже все в порядке - скачут прочь два коня без всадников, два трупа валяются в мокрой высокой траве. Силен мужик, а на вид - сущий интеллигент...
     - Куда вы? - крикнул Борн.
     - Подберу его пулемет...
     - Некогда. Скачем.
     - Но...
     - Быстрее за мной. Я убит.
     Он дал коню шенкеля, странно выпрямившись в седле, не отнимая правой руки от живота. Обеспокоенный Сварог помчался следом, догнал, заглянул в лицо:
     - Вы серьезно?
     - Совершенно, - сказал Борн. - Я убит. Рана смертельная. Все остальное - вопрос времени, а я не всемогущ...
     Его тряхнуло на ухабе, он поморщился и замолчал. Около часа они молча скакали, переходя с галопа на размашистую рысь и вновь пуская коней галопом, - неслись по залитой водой равнине, меж холмов, мимо каких-то бурых развалин, туман редел и редел, наконец они увидели солнце, выскочили под чистое небо. Сварог ждал, что Борн поскачет по равнине дальше, но тот, оглядевшись, свернул в лес. Уставшие кони сами перешли на шаг.
     - Здесь поблизости есть избушка, - сказал Борн. - Кони должны отдохнуть, иначе им конец. А нам надо поговорить. Ага, вот она. Никого. Хотя все наши знают это место...
     - Видимо, поехали другой дорогой, - сказал Сварог без всякой уверенности.
     - Возможно... Помогите мне сойти.
     Он не отнимал руки от живота. Крови, правда, не видно, но это-то при ране в живот и есть самое скверное... Сварог подставил руку, помог соскочить. Привязал поводья к покосившейся железной ограде. Каменный домик выглядел вполне прилично, если не считать пустых оконных проемов. Борн, выпрямившись, словно кол проглотил, зашагал в дом, неся свой мешок, бросил через плечо:
     - Накормите коней.
     Сварог нацепил им на морды торбы с овсом, он уже успел обучиться этому нехитрому делу, но кони не торопились хрупать, тяжело поводя боками, все в мыле. Сварог ощущал, что вся его одежда пропитана липким и вонючим конским потом, - а ведь ни в одном мушкетерском романе про это ни строчки... Он прислушался к окружающей тишине, вошел в дом. Поставил топор у порога, начиная уже привыкать к этому - словно фуражку снимал в прихожей.
     Борн сидел на полу, в пыли, привалившись спиной к стене, вынимал одной рукой из мешка какие-то непонятные штуки, одни попросту отбрасывал, другие тщательно разбивал рукоятью меча. Сварог закурил и какое-то время молча наблюдал за ним. Теплилась надежда, что все это не всерьез – насчет смерти. Борн выглядел, как обычно, только рука прижата к животу да бледности прибавилось.
     - Ну вот и все, - сказал Борн, отбрасывая пустой мешок. – Не обижайтесь, что ничего не оставляю вам, но вы все равно не сумели бы этим пользоваться. Коня, понятное дело, возьмете. Трудно вам будет выбираться отсюда в одиночку, да что поделать.
     - Послушайте, я не могу поверить...
     - И тем не менее, - сказал Борн. - Никто не может стать полностью неуязвимым. Умения еще хватило, чтобы не умереть там же, в поле, но это лишь отодвинет все на несколько часов. И виной всему - собственная леность и непредусмотрительность. Мог бы научиться лечить такие раны. Показалось долго и сложно, отложил на потом, а случая-то и не представилось...
     - А где вы учились - в Магистериуме или Мистериоре? - спросил вдруг Сварог.
     - Ого! Когда догадались?
     - У капища. Когда вы спокойно шли на пулемет. И там, на поле. Он стрелял в упор, мог срезать одной очередью всех троих, но погиб один Чаба.
     - Ну что ж... Вы правы. Лорд Магар, барон Нарт. В отдаленном прошлом.
     - Значит, вы не человек Гаудина?
     - Я сам по себе, - сказал Борн. - Беглецов оттуда, с благополучных небес, немного, но они есть. Вот только вспоминать о них не любят.
     - Но почему же...
     - Вы новичок, - сказал Борн. - И прибыли из неуютных, надо полагать, мест. Конечно, в заоблачных замках красиво и привольно, сытно и беззаботно... Но, видите ли, лорд Сварог, это мир без будущего. В первую очередь потому, что лары способны держать земную жизнь под контролем, но не способны разумно ею управлять. Представьте остров, населенный полудикими жителями. Посреди - гора, откуда простреливается любой уголок. И вот на этой горе угнездился потерпевший кораблекрушение моряк с пулеметом, заставивший туземцев признать себя королем. Что касается силы - он и в самом деле может в любой момент перестрелять всех поголовно. А вот дальше-то что? Как он будет ими управлять? Он прибыл из более цивилизованных мест, ему невероятно скучно изо дня в день разбирать жалобы на потравившую огород соседскую свинью, мирить двух сплетниц или вводить новые проекты крыш для хижин. Он владыка, но король на горе - сам по себе, а его подданные - сами по себе.
     - Но он же может цивилизовать, вести к прогрессу...
     - А если ему этого не хочется? Если в этом случае его со временем лишат и пулемета, и власти? Если туземцы, научившись наукам и ремеслам, превзойдут своего короля - в прежней жизни не более чем недалекого боцмана? Конечно, я выбрал не самый удачный пример, и все же он в какой-то мере передает сложившуюся ситуацию. Все сами по себе. Там, наверху, для одних смысл жизни в балах и развлечениях, для других - в удовлетворении любопытства посредством науки. И никому не хочется делиться могуществом с теми, что внизу. А на земле свои проблемы. Вот и получается замкнутый круг. Что до подвижников... Очень уж мало их рождалось во все века. Я, например, не подвижник. Мне просто обрыдло наверху. Но я не чувствовал себя в силах что-то изменить. Знаете, теперь можно признаться - я всегда ощущал себя чуточку виноватым перед капитаном Зо. Для него все это - всерьез, ему некуда отступать. А мой Нарт до сих пор парит где-то там, и дворецкий начищает ручку у парадной двери... Возможно, вам повезет больше. Не хочу вас пугать, но будьте готовы оказаться в водовороте серьезных дел. Неспроста все это - ваше появление здесь, дальнейшие события, то, что может вам показаться цепочкой совпадений и случайностей. В этом мире, знаете ли, мало случайного. Просто мы не видим всей картины и не улавливаем во всей полноте замыслов ее творца, вот нам и кажется, будто перед нами - цепочка случайностей.
     - Но кто-то же знает ответы? Пусть не все?
     - Вы знаете, где расположены острова Твергор?
     - В Фалейском заливе, у берегов Хелльстада.
     - Правильно. Если больше будет некуда, постарайтесь добраться туда. На острове Роил живет отшельник. Тоже бывший лорд... и тоже не подвижник. Но он был бы крайне интересным собеседником для вас. Бывший профессор Магистериума, кстати.
     - В Магистериуме меня кое-чему научили...
     - И это оказались жалкие крохи, верно? Таков порядок вещей. Крохи магии, истории, науки. Самое печальное - что большинству и не нужно ничего, кроме крох... - Он грустно улыбнулся. - Хватит. Я охотно бы проговорил с вами дотемна, сил у меня еще хватит, но вам нужно побыстрее выбираться отсюда. Опасно будет идти в Харлан через весь Ямурлак. Возвращайтесь в Пограничье той дорогой, по которой мы сюда шли. "Божий любимчик" будет ждать еще три дня. Но если ни капитан, ни Блай не вернутся - покажите второму штурману этот перстень, принимайте команду и ведите корабль в Харлан.
     - А они послушают?
     - Они послушают. Перстень имеет одну немаловажную особенность – его можно передать только добровольно, отнять или снять с мертвого нельзя, рассыплется... Кстати, и барон Дальг узнает вас по этому перстню. Вот он и есть человек Гаудина, так что при благополучном исходе дела вы без труда вернетесь к вашей заждавшейся челяди... Если все так и будет, побывайте у меня. Нужно будет выполнить... формальности. Там знают. А вы заберите из моей библиотеки одну старинную книгу. "Об искусстве игры в шакра-чатурандж и связи оной с искусством предсказания". Там очень длинное заглавие, строчки на две, в старину так было принято. И прочитайте о Сером Ферзе. Запомните?
     - Запомню.
     - И держитесь осторожнее там, наверху. Видите ли, человек добивается больших успехов, когда не лезет на рожон, а присматривается и прислушивается, потихонечку-полегонечку складывая мозаику из кусочков. Обычно в таких случаях поздно спохватываются, когда пресекать уже поздно.
     - Гаудин...
     - Гаудин - очень умный человек. Есть и другие. Его начальник, герцог Гленор, например. Или лорд Фронвер. Это он ввел в свое время боевые дружины маноров и боевые машины как непременную принадлежность каждого манора. Вам это наверняка показалось архаичным пережитком?
     - Вообще-то да.
     - А при нужде эта архаика даст дополнительную армию в полмиллиона и боевой флот из нескольких тысяч кораблей. Одним словом, основная масса обитателей замков - светские бездельники. А большинство придворных - хлам, дурачье. Но есть и острые умы. Они с равным успехом могут и пойти на существенные перемены, и приложить все усилия для консервации существующего порядка. А вы... Вы никогда не задумывались, что представляете собой досадное нарушение установившихся порядков?
     - Как-то не успел, признаться.
     - Зря. Подумайте над этим. На вашем месте я приложил бы все усилия, чтобы побыстрее стать яркой деталью пейзажа, которую не изымешь незаметно... Пока же, простите, меня удивляют два обстоятельства. Первое - почему вас не убрали там, наверху, тихо и незаметно? Второе - почему вас до сих пор не разыскали?
     - А что, они могли?
     - Ну, не за час-два, конечно. Но за сутки вас непременно обнаружили бы. Исчезновение вашего яла не могло остаться незамеченным. Система наблюдения и контроля - мощнейшая. Но все же... Я не был там двадцать лет. Кое-что могло измениться в худшую сторону. То, что вы рассказали о докторе Молитори и покушениях на вас, позволяет думать, что Великий Мастер отыскал -таки лазейку. Благо высокомудрый Магистериум в его существование не верит, и все меры предосторожности лишь результат усилий архаичного, безнадежно отставшего от прогресса, но во многом незаменимого Мистериора. Вам во многом предстоит разбираться самому. - Он усмехнулся. – Если захотите, конечно. Можете жить, как большинство: балы, фейерверки, отдых на Сильване...
     - Черт его знает, - сказал Сварог. - Я слишком долго воевал за идеи, оказавшиеся дерьмом, и за людей, оказавшихся дерьмом. И теперь, если честно, вовсе не горю желанием сражаться за идеалы и цели, в которых и не разбираюсь толком.
     - Просто вы еще не поняли, что есть силы, против которых непременно нужно драться.
     - Возможно, - сказал Сварог. - Пока что мне, простите, наплевать, что Харлан вытаскивает из могил мертвецов и собирает из них войско против соседей. Может, эти самые соседи еще хуже. И загнали бы в рекруты вдвое больше мертвецов, если бы только смогли.
     - Не исключено, - пожал плечами Борн.
     - Вот видите. Нет, разумеется, я выполню ваше поручение, не сомневайтесь. Но в дальнейшем... Вы уж не обижайтесь...
     - Ну что вы! На откровенность не обижаются. Кстати, ответьте уж откровенно еще на один вопрос: в каких вы отношениях с Богом? Я имею в виду единого творца всего сущего.
     - Вообще-то верю, - сказал Сварог. - Большей частью. Толковее не смогу объяснить.
     - Нет, что вы, это хороший ответ. Точно передает ваши мысли. Очень, очень многие не могли бы похвастаться даже таким ответом, потому что не верят вообще. По цивилизованности своей. И образуется брешь, куда тут же устремляется Князь Тьмы. Поинтересуйтесь как-нибудь историей горротского флага. Поймете, почему череп одного из горротских королей красуется в вашем замке. Право же, лорд Сварог, жаль, что мы не встретились раньше.
     - Я...
     - Вам нужно спешить. Да, вот что. У меня будет пустячная просьба, совершенно личная. Когда доберетесь до относительно безопасных мест, наймите музыкантов, пусть сыграют как следует "Тенью жизнь промчалась". Лучше бы фогорошей - есть такие бродячие музыканты, лихие ребята, со смычком в руке рождаются. Есть грешок за душой, любил пображничать по трактирам в годы молодые. - Он улыбнулся и тихонько пропел: - "Гей, сдвинем чары! Трещат пожары, звенят клинки и мчатся скакуны..." Не забудете, если обернется удачно?
     - Нет, - сказал Сварог. Ему было горько, такого никогда еще не случалось - чтобы человек, дравшийся бок о бок, уходил подобным образом, спокойно и буднично. Всегда была налаженная суматоха боя, пыль, жара, кишки наружу... Он понимал, что Борн уходит навсегда, и не мог найти слов - еще и оттого, что война была насквозь чужая, а все чародейство, о котором столько понаписано с придыханием и поклонением, на деле выглядит будничнее пыльного верблюда у дукана...
     Борн достал флакон из темного стекла:
     - Буду весьма признателен, если вы пару минут подождете снаружи. Вы уже успели убедиться, что и свои бренные останки не следует оставлять в этом мире - особенно тем, кто много знает. Смените одежду. Путешествующий в этих краях в одиночку приказчик сразу вызовет подозрения - а вы ведь, не зная здешней жизни, не сможете убедительно врать. Одежда у меня во вьюке, там и деньги. - Он колебался. - Может, мне все же поехать с вами? Часа три еще продержусь...
     - А что решат эти три часа? - глядя в пол, хмуро сказал Сварог.
     - Верно... Привет Бассу. Прощайте.
     - Прощайте, - неуклюже сказал Сварог.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. ОДИН, БРАВЫЙ


1. ДВОЕ В СЕДЛЕ


     Он вышел из домика, встал спиной к двери. Вокруг парила оглушительная тишина - никаких птиц, белок, бурундуков, ни щебета, ни цоканья, ни жужжания насекомых, ничего живого. Только отдохнувшие кони хрупают овес...
     Пора? Он заглянул в дверной проем. Никого. Только одежда, еще повторявшая очертания сидящего человека: кафтан из плотной ткани, прогнувшись в поясе, опирался на пыльные камни стены. Вот и все. Как не было хорошего человека, сгинувшего на маленькой неизвестной войне. И некогда горевать, да и не нужно это, если честно, никого еще не вернули на землю воплями и слезами...
     Сварог натянул вместо кафтана приказчика камзол из толстой кожи с нашитыми железными кольцами и пластинками. Разорвал купеческие документы, свои и Борна, сжег клочки. Остался лишь потрепанный лист пергамента с двумя печатями, круглой черной и овальной фиолетовой. Теперь он был капрал Улар Тагобер, уроженец и подданный княжества Горум, Вольный Топор.
     Здесь, на земле, давно додумались до удостоверяющих личность документов. Визы, правда, не в ходу. А документы не столь уж надежно удостоверяют личность из-за отсутствия фотографий и отпечатков пальцев. И потому подделывают их давно и с превеликой охотой, и высокий спрос естественным образом влечет за собой высокое качество подделки. Вольные Топоры стояли вне сословий и гильдий. Собственно, они сами были юридически непризнанным, но де-факто существовавшим сословием - кондотьеры, личная стража мелких эрлов, купеческая охрана, колониальные войска. Свой социальный статус - пусть и невысокий. И попадал туда самый разный народ - от беглого крепостного крестьянина до дворянского сынка, нагрешившего в родных краях. Счастливчики, весьма немногочисленные, выходили в люди - ухватывали богатство, чины, даже дворянство. Другие ограничивались спокойной старостью в собственном трактирчике. Третьи служили до могилы - потому что слишком опасно им было возвращаться в нормальный мир. С одной стороны, прикрытие было идеальное – Вольного Топора можно встретить в любом уголке Талара, а то и на Сильване. И если он дезертир, то это волнует не чиновников и полицию, а его собственную роту, имеющую к беглецу претензии, и никого другого. С другой же - обладатель такого документа, выданного в одном из Вольных Майоров, в глазах любого чиновника или полицейского более крупного государства представал личностью жалкой, ничтожной и совершенно бесправной. И гноить его в участке можно, пока не надоест. К тому же странствующий в одиночку Вольный Топор и в самом деле мог оказаться харланским шпионом, пробиравшимся в Снольдер, снольдерским шпионом, пробиравшимся в Ронеро, ронерским беглым каторжником, решившим податься за моря, морским пиратом, под чужим именем пробиравшимся домой, чтобы купить домик и зажить благонравно на склоне лет... Одно хорошо: даже если нечаянно наткнешься на "земляка", можно со спокойной совестью выдержать любую проверку – знай тверди, что лет двадцать скитался вдали от родины, вообще от твердой земли, а то и сидел безвылазно на Сильване и оттого представления не имеешь, что происходило на Харуме все эти годы...
     Сварог как следует перерыл седельную суму Борна - чтобы в случае чего избежать вполне естественного вопроса: "Как же это ты не знаешь, что у тебя во вьюке?" Пересыпал в карманы деньги, изучил карту, попытался восстановить в памяти дорогу, насколько удалось.
     Он уставился на коней как-то по-новому, словно впервые видел такую диковину. Только сейчас понял, что значила лошадь для людей в эпохи, предшествовавшие пару, бензину и электричеству. Единственная возможность относительно быстро перемещаться по земле и убегать от многих опасностей. Вот только коней нужно кормить, поить, ухитриться не загнать, уберечь от самых разных неприятностей. Ни его прежняя память, ни новые знания помочь не могли. Он помнил заклинания, с помощью коих графы Гэйры ненадолго оживляли павших лошадей, но эти фамильные фокусы следует приберечь на самый черный день - неизвестно, как выглядит оживленная заклинаниями павшая лошадь и какие эмоции это зрелище вызовет у окружающих. Лошадь может потерять подкову и охрометь. В подкову ей может попасть камешек. Ее нельзя поить разгоряченную. Он добросовестно попытался вспомнить все читанные когда-то романы, где в качестве подсобного инвентаря выступали лошади. Увы... Все герои, каких он помнил, браво скакали на полном галопе, загоняли лошадей десятками и тут же покупали новых или в худшем случае крали. Не подходит. Лошадей тут не купишь да и не украдешь - нужно еще уметь украсть. Что еще? Кажется, лошадям нельзя жрать клевер. Или это коров касается? Атос как-то говорил д'Артаньяну, что лошадь может поесть из яслей после другой, сапной, и околеть. Но как такие ясли распознать, и что такое сап, и есть ли он здесь?
     Посмотрев на коней с некоторым уважением, Сварог сел в седло, перекрестился и тихонько сказал:
     - Ну, выносите, залетные, что ли...
     Часа через два слева показался памятный ориентир – полуразрушенный черный замок. И снова, как в прошлый раз, на стену шустро взобралось что-то серое, мохнатое, красноглазое, величиной с кошку, с коротким пушистым хвостом и круглыми ушами торчком, замахало лапками, запричитало.
     Сварог помнил, что тварь эта неопасная, вроде домового. Пожалуй, будучи в компании, он вновь проехал бы мимо, но одиночество казалось невыносимым, а серое создание что-то вопило вполне членораздельно. В столь паршивом месте рад будешь и такому попутчику...
     Поколебавшись, он повернул коня к замку, присмотрелся внимательнее. Раструбы на высоких башнях походили на печные колпаки затейливой ковки, с фигурными прорезями - ничуть не похоже на ограду, зачем их там присобачили? А сам замок... Сварог мог и ошибаться, но стены выглядели так, словно над ними поработала орудийная батарея или звено вертолетов. Чрезвычайно похоже.
     Подъехал поближе, так что от стены его отделял лишь обрушившийся, заросший высокой травой ров, задрал голову и спросил:
     - Ну, чего орешь?
     И рассмотрел странную тварь как следует. Печальная ушастая мордочка, в общем, не отмечена печатью порочных наклонностей, как писали в старинных романах (которые станут старинными много тысячелетий спустя, а пока что и не написаны), и больше всего походит на кошачью. Зубы скорее человеческие. Одежды нет, но на шее висит цепочка с каким-то продолговатым предметом.
     - Хозяин, забери меня! - взмолилась тварюшка так жалобно, что Сварогу стало не по себе. - Забери, отдам джинна! - Оно сдернуло с шеи цепочку и отчаянно замахало предметом. - Забирай все, в замке много кладов спрятано! Все умерли, вся страна пустая, одна нечисть, а идти некуда...

Предыдущая страница    20    Следующая страница







Форма входа

Поиск

Расскажи о сайте
Понравился сайт - разместите ссылку на страницу нашего сайта в социальных сетях или блогах

 

Орки

Эльфийка

Дракон

Календарь
«  Июль 2018  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031



.
Copyright MyCorp © 2018